О подвиге Зои Космодемьянской страна узнала из очерка «Таня» военного корреспондента Петра Лидова, опубликованного в газете «Правда» 27 января 1942 года. В нем рассказывалось о молодой девушке-партизанке, попавшей при выполнении боевого задания в немецкий плен, пережившей зверские издевательства фашистов и стойко принявшей от их рук смерть. Такой героический образ держался вплоть до конца перестройки.
А была ли Зоя?
С распадом СССР в стране появилась тенденция к ниспровержению прежних идеалов, не обошла она стороной и историю с подвигом Зои Космодемьянской. В увидевших свет новых материалах утверждалось, что страдавшая шизофренией Зоя самовольно и без разбора сжигала сельские дома, в том числе и те, где не было фашистов. В конечном итоге, разгневанные местные жители схватили диверсантку и сдали ее немцам.
По другой популярной версии под псевдонимом «Таня» скрывалась не Зоя Космодемьянская, а совершенно другой человек – Лиля Озолина.
Факт пыток и казни девушки в этих публикациях под сомнение не ставился, однако делался акцент на том, что советская пропаганда искусственно создала образ мученицы, отделив его от реальных событий.
Задание
В тревожные октябрьские дни 1941 года, когда москвичи готовились к уличным боям Зоя Космодемьянская в числе других комсомольцев пошла записываться в создаваемые отряды для разведывательно-диверсионной работы в тылу врага.
Сначала кандидатура хрупкой, перенесшей недавно острую форму менингита и страдавшей «нервной болезнью» девушки была отвергнута, но благодаря своей настойчивости Зоя убедила военную комиссию принять ее в отряд.
Как вспоминал один из членов разведывательно-диверсионной группы Клавдия Милорадова, во время занятий в Кунцеве они «три дня ходили в лес, ставили мины, взрывали деревья, учились снимать часовых, пользоваться картой». А уже в начале ноября Зоя с товарищами получила первое задание – заминировать дороги, с чем успешно справилась. Группа без потерь вернулась в часть.
17 ноября 1941 года военное командование издало приказ в котором предписывалось «лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населённых пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и тёплых убежищ и заставить мёрзнуть под открытым небом».
Во исполнении этого приказа 18 ноября (по другой информации – 20) командиры диверсионных групп получили задание сжечь 10 занятых немцами деревень. На все отводилось от 5 до 7 дней. В один из отрядов входила Зоя.
Возле деревни Головково отряд наткнулся на засаду и в ходе перестрелки оказался рассеян. Часть бойцов погибла, часть попала в плен. Оставшиеся, в числе которых была Зоя, объединились в небольшую группу под командованием Бориса Крайнова.
Следующей целью партизан была деревня Петрищево. Туда пошли трое – Борис Крайнов, Зоя Космодемьянская и Василий Клубков. Зое удалось поджечь три дома, в одном из которых был узел связи, но в условленное место встречи она так и не пришла.
"Поджигательница"
По разным данным Зоя отсидела в лесу один или два дня и вернулась в село, чтобы выполнить задание до конца. Этот факт и стал причиной появления версии о том, что Космодемьянская выполняла поджоги домов без приказа.
Немцы к встрече с партизанкой были готовы, проинструктировали они и местных жителей. При попытке поджечь дом С. А. Свиридова, хозяин оповестил квартировавшихся там немцев и Зоя была схвачена. Избитую девушку отвели в дом семьи Кулик.
Хозяйка П. Я. Кулик вспоминает, как к ней в дом, в котором находилось 20-25 немцев привели партизанку с «истекшими губами и вздутым лицом». Девушке развязали руки и она вскоре уснула.
На следующее утро между хозяйкой дома и Зоей состоялся небольшой диалог. На вопросы Кулик кто сжег дома, Зоя ответила, что «она». Со слов хозяйки, девушка поинтересовалась были ли жертвы, на что та ответила «нет». Немцы успели выбежать, а погибли только 20 лошадей. Судя из разговора, Зоя была удивлена, что в селе остались еще жители, так как, по ее словам, им нужно было «давно уехать из деревни от немцев».
Как сообщает Кулик, в 9 утра Зою Космодемьянскую пришли допрашивать. На допросе она не присутствовала, а в 10:30 девушку повели на казнь. По дороге на виселицу местные жители несколько раз обвиняли Зою в поджоге домов, пытаясь ее ударить палкой или облить помоями. По свидетельству очевидцев, смерть девушка приняла мужественно.
«Да, это Зоя»
Когда в январе 1942 года Петр Лидов услышал от старика рассказ о девушке-москвичке казненной немцами в Петрищеве, он немедленно отправился в уже оставленную немцами деревню, чтобы выяснить подробности трагедии. Лидов не успокоился, пока не переговорил со всеми жителями села.
Но для опознания девушки нужна была фотография. В следующий раз он приехал уже с фотокорреспондентом «Правды» Сергеем Струнниковым. Вскрыв могилу, они сделали необходимые снимки.
В те дни Лидов познакомился с партизаном, знавшим Зою. На показанном фотоснимке тот опознал девушку, отправлявшуюся на задание в Петрищево и называвшую себя Таней. С таким именем героиня и вошла в рассказ корреспондента.
Загадка с именем Таня раскрылась позднее, когда мать Зои рассказала, что так звали любимую героиню дочери – участницу гражданской войны Татьяну Соломаху.
Но окончательно подтвердить личность девушки казненной в Петрищеве смогла только в начале февраля 1942 года специальная комиссия. В опознании кроме жителей села участвовали одноклассник и учительница Зои Космодемьянской. 10 февраля матери и брату Зои были показаны снимки погибшей девушки: «Да, это Зоя», – ответили оба, хотя и не очень уверенно.
Чтобы снять окончательные сомнения, мать, брата и подругу Зои Клавдию Милорадову попросили приехать в Петрищево. Все они без колебаний опознали в убитой девушке Зою.
Комментарии (0)