— Может, я пол протру? — робко спросила Мария, устроившись на табурете. Она наклонила голову, скользнула взглядом по тёмному паркету и, подняв сначала одну, потом другую ногу, незаметно скинула носочки. Потом стряхнула с пяток прилипший сор и крошки.
— А он что, грязный? — удивилась её тридцатилетняя сестра Анна.
— Да не сверкает. Я только от двери прошла и сразу наступила на что-то липкое.
— А, это соседка-старуха пару дней назад заходила, банку с настоем опрокинула, — объяснила Анна.
Мария приподняла брови:
— Настой… там же грибки. Ещё начнут у вас под досками прорастать!
Она вскочила с табурета, оглянулась и шагнула к двери:
— Анн, показывай, где у вас тряпка и ведро. Я пол приберу.
Анна, сидевшая за письменным столом и лениво щёлкавшая семечки, протянула:
— Не возись ты, слышишь? Это не твоё дело. Я, может, скоро от Павла уйду.
Мария внимательно посмотрела на сестру, потом опустила ведро:
— Ну расскажи, что у вас тут произошло?
Марии недавно исполнилось сорок. Она почти в одиночку растила младшую сестру Анну. Их мать всё время пропадала по гулянкам и уезжала с проезжими мужчинами. Девочки росли сами по себе, но справлялись — соседи и родственники иногда подспорьем были.
Анне повезло больше — у неё была старшая сестра, заменившая мать. А у Марии крепко укоренилась забота о младшей. Она всю жизнь ставила её интересы выше своих, потому и свою личную жизнь не устроила. Недавно лишь выдала Анну замуж.
Павел Орлов появился в их деревне не случайно.
Сорокалетний холостяк навестил пожилую тётю и обмолвился, что хотел бы найти порядочную женщину для семьи.
Тётя сразу принялась «сватать» ему Марию:
— Есть у нас отличная партия. Мария Петрова — умница! С детства знаю. Мать их бросала, так она сама дом держала, сестру поднимала. Сама справлялась, трудяга, душа золотая.
Павел загорелся:
— Вот такая хозяйка мне и нужна. В городе не сыскать. У меня отец больной, ходит с трудом, скоро уход понадобится. А я работаю, мне некогда. Мне бы жену, чтоб домом занималась и за отцом приглядывала.
Тётя обрадовалась:
— Мария тебе в самый раз. Работящая и сердечная. С тобой и с отцом общий язык быстро найдёт.
…Но когда Павел впервые пришёл в их дом, Мария, накрывая на стол и стесняясь поднять глаза, сразу поняла — это жених.
Только вот её младшая сестра Анна вовсю кокетничала с гостем.
В итоге Павел женился на Анне и увёз её в город.
У него имелась двухкомнатная квартира и машина — казалось бы, Анна удачно устроилась.
Мария же навещала их раз в месяц, привозила мясо и овощи со своего хозяйства.
Анна однажды недовольно щёлкала орешки и призналась сестре:
— Павел мне недавно сказал, что квартира на его отце записана. Старик временно у сестры живёт, но скоро переедет к нам, и я обязана за ним ухаживать! Вот так. Он меня с самого начала обманом заманил, решил в сиделку обратить!
Мария спокойно ответила:
— Так ведь отец ему не чужой, и тебе теперь тоже. К тому же жильё сыну уступил.
Анна вскочила и топнула:
— Не для того я замуж выходила, чтобы с дряхлым возиться! У меня есть другой — Степан. Ему двадцать семь, женат, но скоро разведётся ради меня.
— Господи, Анн, что же ты творишь… — тихо произнесла Мария. — Надеюсь, Павлу ты об этом не проболталась?
— Пока нет. Но если прижмёт — уйду, — хищно усмехнулась сестра.
Отлично, продолжаю переписывать в том же стиле и с новыми именами и глаголами.
Мария всё чаще приезжала к сестре в город.
Она то овощей привезёт, то банку варенья, то мясо с хозяйства.
И каждый раз сердце её сжималось: Анна стала раздражительной, капризной, ленивой.
Однажды, когда Мария зашла в их квартиру, входная дверь распахнулась без стука, и влетела пожилая соседка.
Сжав кулак, та закричала:
— Опять глазок жвачкой залепила? И шелухи от орехов под мою дверь накидала! Я быстро на тебя управу найду!
Мария медленно распрямилась и спокойно шагнула к ней:
— Здравствуйте. У вас что-то случилось? Расскажите толком, я ведь ничего не понимаю.
Старушка отшатнулась:
— А ты ещё кто такая?
— Я сестра Анны. Зовут меня Мария. Но вы не кричите, я прекрасно вас слышу.
— Ах, значит, ты родня этой вертихвостки?
— Не согласна с вами, — мягко улыбнулась Мария. — Давайте лучше так: я закончу уборку, помою руки и приглашу вас на чай с пирогами. Вы скажете всё, что думаете, а я вас выслушаю.
Соседка растерялась от её спокойствия.
Мария довела дело с полами до конца, вынесла воду и уже на кухне поставила на стол угощение.
— У нас в деревне принято сначала за стол сесть, а уж потом говорить. Попробуйте мои пироги с ягодами.
Пожилая женщина — Елизавета Карповна — сначала ворчала, но потом смягчилась:
— Хороши пироги, тесто воздушное… Ну, может, я и погорячилась насчёт Анны. Но злая она у тебя. Ни здрасьте, ни спасибо. Телевизор на всю катушку, замечания не терпит. А уж когда просишь тише сделать — кричит, топает, выгоняет. Тяжко с такой соседкой.
Мария качнула головой:
— Не может быть… Моя Аннушка добрая девчонка. Иногда резкая, но это от молодости.
В этот момент хлопнула входная дверь, и раздался мужской голос:
— Я вернулся.
В комнату вошёл Павел. Разуваясь, он едва не подскользнулся на чистом полу.
— Да чтоб меня! Опять тут мокро.
Мария вспыхнула:
— Не мокро… это Анна пол протёрла.
Павел удивился:
— Анна и мыла пол? Да быть не может!
Мария спохватилась:
— Идите, мойте руки, я вам чай налью и обед разогрею.
Когда Павел увидел на кухне соседку, он усмехнулся:
— Ого, Елизавета Карповна. И вы тут?
Та улыбнулась и прищурилась:
— Вот день выдался, и вправду добрый. А ты, Мария, зря сестру прикрываешь. Мы все знаем, что Анна хозяйка никудышная. Не нужно за неё отвечать.
Мария побледнела:
— Извините, но не стоит обсуждать мою сестру за её спиной. Я, пожалуй, пойду.
Когда Мария поняла, что жизнь Анны катится под откос, она решилась перебраться в город.
Живности у неё почти не осталось — пара свиней, куры да козы. Продала всё, дом заперла на замок и сняла жильё в городе. Устроилась продавцом в магазин. Теперь она могла видеть сестру каждый день и надеялась вразумить её.
Но пока Мария переезжала, положение стало хуже.
Однажды Мария принесла Павлу банку с солёными огурцами. В комнате возле телевизора сидел худой седой старик.
— Аннушка, дай мне водички, — попросил он.
Мария подошла ближе:
— Я не Анна. Но воду сейчас принесу. А может, лучше чаю?
— Давай чайку, — кивнул старик.
Павел тихо пояснил:
— Это мой отец, Иван Аркадьевич. Ему почти восемьдесят, он плохо слышит и часто болеет. Я решил, что ему лучше жить здесь.
Мария утвердительно кивнула:
— Правильно. Родителям нужен уход.
Она быстро сготовила суп, накормила старика бульоном, помогла перелечь на диван, подала подушку и накрыла пледом. Павлу же налила чай.
Тот посмотрел на неё и вздохнул:
— Честно говоря, думал, вы рассердитесь. Я ведь не сказал вашей сестре про больного отца, когда звал замуж.
— Это ж не обман, — удивилась Мария. — У каждого родители есть, за ними когда-нибудь да смотреть придётся.
— Если бы Анна хоть немного походила на вас… — пробормотал он.
Тем временем Анна перестала ночевать дома, на звонки не отвечала. А потом кто-то из знакомых сообщил Павлу, что её видели в кафе с другим мужчиной.
Мария потеряла сон и каждый вечер бродила по городу в надежде её встретить.
— Глупая девчонка… Что же ты творишь, Аннушка? У тебя хороший муж, а ты шатаешься с чужими…
Телефонный звонок вырвал Марию из раздумий.
— Алло? — взяла она трубку.
— Мария, я вас не отвлекаю? — раздался голос Павла.
— Нет-нет. Что-то случилось? Анна вернулась?
— Н-нет… Я подал на развод. Дело не в ней. У меня отец приболел…
— Я сейчас приду, — ответила Мария, даже не дав ему договорить.
В квартире пахло лекарствами. На диване лежал Иван Аркадьевич, бледный и измождённый. Павел метался, руки у него тряслись.
— Простите за звонок, Мария. Я боюсь забыть, что доктор говорил… — виновато признался он.
Мария всё внимательно записала, проводила врача и занялась стариком: помогла принять таблетки, приготовила лёгкий ужин, подала чай.
Тут влетела соседка, Елизавета Карповна:
— Что у вас опять случилось?
— Проходите, тётя Лиза, отец Павла нездоров, — объяснила Мария.
— Ох уж этот старый хрыч, всех переполошил, — отрезала соседка.
Больной приподнялся и возмутился:
— Кто эту ведьму впустил?! Вон её из квартиры!
— Да лежи ты и не ерепенься, — махнула рукой старуха, показав фигу. — Всю жизнь я тебе говорила, что дым как паровоз, вот и доигрался!
Мария с трудом удержалась от смеха и мягко увела её. Потом вернулась к Павлу, налила чай:
— Что-то вы совсем побледнели. Давление?
— Не надо, я просто за отца переживаю. У меня кроме него никого нет.
Мария тихо сказала:
— Может, помиритесь с Анной?
— Нет, — покачал головой Павел. — Я ошибся. Я ведь к вам шёл…
Мария опустила глаза. Она знала: в тот первый день жених предназначался ей, а счастье увела младшая сестра.
Через несколько дней раздался звонок среди ночи.
— Мария, помоги! — плакала Анна.
— Что случилось? — насторожилась сестра.
— У меня неприятности. Степана задержали за пьяную езду. Я сидела в его машине, теперь её на штрафстоянку забрали. А мне некуда деваться…
Мария нахмурилась:
— Опять в историю влипла… Так, езжай в хостел, переночуешь. Завтра — на вокзал и в деревню. Я переведу тебе деньги, но это — в последний раз!
— А что я там делать буду? — всхлипнула Анна.
— Дом присмотришь. Жить-то тебе где-то нужно.
Мария сбросила звонок, перевела деньги и выключила телефон.
Подойдя к окну, она посмотрела на огни города:
— Всё в мать пошла… та же ветреность, та же пустота.
Из комнаты донёсся сонный голос:
— Маша, ты где?
— Тут я, Павел, иду, — отозвалась она и вернулась под одеяло.
Дни шли. Мария продолжала помогать Ивану Аркадьевичу: варила ему диетический суп, убирала, приносила лекарства. Павел смотрел на неё с благодарностью, но всё чаще ловил себя на том, что сердце его тянется к ней.
Однажды он сказал прямо:
— Мария, хватит уже жертвовать собой. Я нанял женщину, она будет сидеть с отцом. А тебе нужен отдых. — Он протянул ей буклет. — Абонемент в спа-салон. Бассейн, баня, массаж.
— Но это ведь дорого… — растерялась она.
— Ты мне дорога, — тихо сказал он. — Можно пригласить тебя в кафе?
Мария замерла. Сердце заколотилось, но губы прошептали:
— Нет… не могу. Что скажет Анна?..
Но абонемент она всё же принесла домой.
Анна выхватила его из рук:
— Ого, спа-салон! Отдай!
— Это подарок мне. Завтра схожу я, послезавтра — ты.
Но уже через час сестра хлопнула дверью, прихватив буклет.
Телефонные звонки Марии она игнорировала. Объявилась лишь через неделю, довольная:
— Я живу у нового мужчины.
— Какого ещё? — ахнула Мария. — Я стараюсь наладить твою жизнь, а ты опять за своё! Украла мой сертификат, даже попросить нормально не могла!
— Да потому что мне нужнее! А тебе, деревенской тётке, чего делать в дорогом салоне? Ты ж запутаешься там в дверях! — огрызнулась Анна. — Хочешь — бери себе Павла. Он же к тебе приходил свататься!
— Так ты знала?! — прошептала Мария.
— Конечно знала! И отбила его специально, чтоб выбраться из деревни! — хмыкнула сестра и бросила трубку.
Мария заплакала от этих слов.
Вскоре Павел позвонил снова:
— Маша, какие планы на выходные?
— Хотела в деревню съездить, к друзьям.
— Отлично! Мы с отцом и Елизаветой Карповной хотим на пикник. Но без тебя не получится — старики требуют твоего присутствия. Мы за тобой заедем.
На пикнике Павел купался в реке, потом сел рядом с Марией на песке, положил голову ей на колени и, глядя снизу вверх, спросил:
— Мария, выйдешь за меня?
Она подняла глаза к небу: стайка ласточек кружилась над головой, солнце играло в облаках.
— Ну… да, — тихо ответила она и залилась румянцем.
— Неужели решилась? — улыбнулся Павел и обнял её за плечи.
А неподалёку Иван Аркадьевич и Елизавета Карповна делали вид, что ничего не заметили.
— Тсс, молчи, старая, — шепнул старик. — Не спугни молодых.
— Ах ты, лунь седой! — показала ему кулак соседка и улыбнулась.
Анна позвонила глубокой ночью:
— Сестра, помоги! Костю забрали в участок, а я одна в машине! Что делать?
Мария устало ответила:
— Езжай в хостел, завтра — в деревню. Я пришлю денег. Но учти, это последний раз.
Она отключила телефон и посмотрела в окно.
— Всё в мать пошла, — прошептала Мария.
Вернувшись в комнату, она легла рядом с Павлом, обняла его и впервые за долгие годы почувствовала себя по-настоящему любимой.
The post first appeared on .
Комментарии (0)