— Это не твоя квартира, Артём. Тебе здесь принадлежат только чемоданы

— Ты что, выставляешь меня? — взорвался супруг. — Из моей собственной квартиры? Ты вообще соображаешь?!

— Это не твоя квартира, Артём. Это жильё моей тёти. Тебе здесь принадлежат только чемоданы. И я упакую их до ночи.

Артём замер.

— Да это же безумие! Из-за какого-то детского праздника!

— То есть как это — их не позовут? Ты сейчас издеваешься, Вера?

— Никаких насмешек, — Вера отвечала ровным голосом. — Сегодня первый юбилей нашего малыша, ему исполняется год.

Я мечтаю устроить тихое, домашнее торжество среди близких. Без беготни. И без посторонних ребят.

— Посторонних? — вспыхнул Артём. — Мои дети для тебя посторонние?

Марина и Илья — мои дети, Вера. И они такие же родные, как и твой сын. Как и твоя девочка, которая, между прочим, на празднике останется!

— Моя девочка живёт с нами, — Вера пожала плечами. — А твои дети — это твое прошлое. И да, я не собираюсь их звать.

— За что? Объясни мне, за что? Что они тебе сделали? Девочке двенадцать, мальчику девять. Они что, пирог твой утащат?

— Причем тут пирог? Артём, ты отлично понимаешь, что случится. Они приедут — и всё внимание переключится на них.

Твоя мама тут же перестанет замечать именинника. Она станет восхищаться Ильёй, проверять, не подросла ли Марина.

Твой отец потащит их играть в компьютер. Ты сам начнёшь суетиться вокруг них, потому что тебя преследует чувство долга перед бывшей супругой.

А наш малыш? Ради кого мы затеваем этот день? Ради крохи, который будет сидеть в кроватке, пока все забавляют твоих старших?

Я хочу устроить праздник для нашего общего сына. Чтобы все смотрели на него. Понимаешь?

— Тогда так, — тихо проговорил он. — Либо мои дети приходят на этот день рождения, либо меня там тоже не будет. Решай.

— Ты шантажируешь меня? Из-за того, что я прошу один день посвятить нашему малышу?

— Я всё решил! — выкрикнул Артём.

Он развернулся и хлопнул дверью.

— Артём, не смей уходить так! — Вера окликнула его, но супруг даже не остановился.

Целую неделю Артём не звонил, не писал и не появлялся дома.

Он поселился у родителей, молча перечитывал сообщения от Веры с просьбами приобрести подгузники или смесь их общему ребёнку, без слов переводил средства на карту.

Вера же не осознавала, в чём провинилась. Шесть лет она старалась создать образцовую семью.

Когда они только расписались, ей казалось, что дети от прежних союзов не станут препятствием.

Тогда у неё уже росла дочь — тихая и рассудительная девочка. У него — двое почти ровесников.

Поначалу всё складывалось терпимо, но со временем Вера всё яснее осознавала: она делит мужа не только с его детьми, но и с его бывшей супругой, с его матерью и с его постоянным чувством вины.

Однажды вечером Вере позвонила свекровь. Она глубоко вдохнула, переложила задремавшего малыша в кроватку, укрыла его пледом и тихо прошла на кухню, аккуратно закрыв дверь.

— Да, Светлана Павловна. Добрый вечер.

— Здравствуй, Верочка. Как там мой внук? Чем занимается?

— Спит. Всё в порядке, спасибо.

— Спит — и правильно, — Светлана Павловна выдержала паузу. — Верочка, ты же понимаешь, по какой причине я звоню.

Артём живёт у нас уже неделю. Он совсем измотался…

— Он хлопнул дверью и оставил жену с младенцем, — сдержанно ответила Вера. — Ему тридцать семь лет, Светлана Павловна.

— Не кипятись. Он отец. Заботливый отец. Он любит всех своих детей одинаково. А ты сейчас пытаешься рассорить его со старшими.

Зачем ты так поступаешь? Дети не виноваты, что родители разошлись. Им и так непросто.

Вера закрыла глаза.

— Непросто? Он каждые выходные отвозит их к вам. Вы видите их чаще, чем я встречаю свою мать.

Каждое лето, на всё лето, вы забираете Марину и Илью на дачу, Артём проводит там каждые выходные. Вы окружаете их заботой.

Какая травма? У них две семьи, которые их балуют.

— Это наш долг! — свекровь повысила голос. — Мы обязаны восполнить им отсутствие полноценной семьи. И Артём обязан.

А ты ведёшь себя эгоистично, Вера. Родила — и теперь хочешь перетянуть всё внимание на себя.

— Я хочу отметить первый год моего ребёнка без чужих капризов! — Вера тоже повысила голос. — Я хочу, чтобы хотя бы один день мой муж смотрел только на нашего сына! А не хватался за телефон из-за звонков своей бывшей.

— Ольга звонит по делу. У неё дети на руках.

— Конечно, — горько усмехнулась Вера.

Ольга звонит по делу. У неё дети на руках.

— Конечно, — горько усмехнулась Вера.

И в памяти вспыхнула сцена месячной давности…

Это был конец августа, они возвращались с дачи. Грудничок надрывался в автокресле от духоты, кондиционер едва охлаждал воздух.

Артёму позвонила Ольга, её резкий голос прорывался даже через динамик телефона, который он нервно сжимал у уха.

— Артём, мне срочно нужны деньги на школьную форму! И на портфели! Ты хочешь, чтобы дети пошли в школу хуже всех?

Ты безответственный отец, тебе всё равно, как они выглядят!

Артём начал оправдываться, бормотать извинения, а Вера сидела рядом, стиснув зубы от обиды.

— Светлана Павловна, он перечисляет алименты. Стабильно. У Ольги достойная зарплата. Летом дети полностью живут у вас, она почти не тратится три месяца!

А в конце августа она требует ещё — сверх того. И он переводит.

Он урезает наш бюджет и отдаёт ей, потому что боится снова услышать, что он плохой отец.

— Деньги сегодня есть, завтра их нет, — поучительно произнесла свекровь.

— А ночные звонки? Вы знаете, что она может набрать его в два часа ночи? Мы только уложили малыша, а у неё, видите ли, засорилась раковина, и ей срочно нужна консультация!

И Артём вскакивает и двадцать минут объясняет, как перекрыть воду!

— Ольга одна…

— Она взрослая женщина! — сорвалась Вера. — А тот случай возле торгового центра? Вы помните?

Вера до сих пор ясно видела тот день.

Ольга попросила забрать детей не из дома, а от торгового центра.

— Я подбираю им обувь, подъезжайте, — сказала она.

Вера с Артёмом приехали вместе с малышом. Ольга вывела Марину и Илью, усадила их в машину и, улыбнувшись в окно, произнесла:

— Артёмчик, я тут ещё платье не примерила. Подождите минут двадцать, я быстро.

Двадцать минут растянулись в полтора часа. Машина стояла на парковке. Дети ссорились. Младенец плакал, заходясь криком.

Вера пыталась его укачать, а Артём молча держался за руль и терпел. Он ничего не высказал бывшей супруге, когда та наконец появилась с пакетами из дорогого бутика.

Зато позже он сорвался на Веру — за то, что она слишком громко закрыла бардачок.

— Ты просто завидуешь, Вера. Это недостойно, — голос свекрови вернул её к разговору. — Мудрая жена приняла бы детей мужа как родных.

— Я принимаю их каждые выходные. Я готовлю для них, стираю, уступаю пространство. Но один день в году я имею право провести по-своему.

— Значит, договориться вы не сможете? — холодно уточнила Светлана Павловна.

— Не сможем.

— Хорошо. Я тебя поняла. Сообщу Артёму.

Связь оборвалась.

Прошло ещё два дня. Наступали выходные — день рождения малыша.

Вера заказала небольшой торт с медвежонком, развесила шарики, подготовила подарок. Пригласила свою маму и сестру. Её дочь Лиза старательно рисовала открытку брату.

Накрывая стол, Вера неожиданно заметила, что ей… спокойно.

За эту неделю телефон ни разу не разорвал тишину ночным звонком. Не было тяжёлых вздохов мужа после разговоров с бывшей. Не было постоянного напряжения.

В субботу утром в замке повернулся ключ.

Вера стояла в прихожей, держа на руках сына в нарядном костюмчике с бабочкой.

В квартиру вошёл Артём. В руках он держал пакет с большой игрушкой. За ним стояли Марина и Илья.

— Привет, — произнёс он, шагнув внутрь. — Мы приехали поздравить брата. Раздевайтесь.

Илья сразу бросил куртку на банкетку и прошёл по ковру в ботинках. Марина, не отрываясь от телефона, медленно стянула кроссовки.

— Артём. Выйди со мной, — спокойно сказала Вера.

Она поставила сына в манеж, перекрыла проход и вышла на лестничную площадку.

— Что ты опять начинаешь? — раздражённо спросил он. — Я предупреждал: приду только с детьми. Я отец и не позволю вычёркивать их из своей жизни.

— Из своей — не вычёркивай, — тихо ответила она. — Но ты не обсудил это со мной. Ты просто поставил перед фактом. Как всегда.

— Снова Ольга виновата? — он закатил глаза. — Господи, какая же ты… Мама была права. Тебе нет дела ни до кого, кроме себя.

Вера внимательно посмотрела на него.

— Твоя мама… Ольга… твои дети… Знаешь, я всю неделю думала, что боюсь тебя потерять.

А сейчас понимаю — без тебя мне легче.

— Что за глупости? Прекрати этот цирк.

— Забирай детей и уходи.

— Ты серьёзно? Мы приехали на праздник!

— Для вас праздника не будет.

— Ты выставляешь меня? — закричал он. — Из моего дома?

— Это не твоя квартира. Она досталась мне от тёти. Тебе здесь принадлежат только вещи. Я соберу их сегодня.

Он растерялся.

— Ты оставляешь ребёнка без отца!

— Уходи. Иначе я вызову полицию.

Он замолчал.

Через несколько минут дети уже одевались. Артём молча взял пакет с игрушкой. Марина первой выбежала на лестницу.

Дверь закрылась.

Через два месяца Вера и Артём официально расторгли брак.

Артём вернулся к матери и продолжил жить по старой схеме, послушно выполняя просьбы бывшей жены.

Вера же сосредоточилась на детях. Дом стал тише. Спокойнее.

И впервые за долгие годы она больше не ощущала постоянного внутреннего напряжения.

Она ощущала свободу. И уверенность.